В Неделю 5-ю Великого поста Предстоятель Русской Церкви освятил храм Преображения Господня в Коммунарке г. Москвы и совершил Литургию в новоосвященном храме
«Много получено духовного утешения и неведомой для мира радости, радости, понятной только инокам…»
Святейший Патриарх Пимен, в миру Сергей Михайлович Извеков, родился 10 июля (23 июля по новому стилю) 1910 года в семье благочестивых родителей Михаила Карповича и Пелагеи Афанасьевны. Начало особенной связи с Троице-Сергиевой Лаврой было положено в ранние годы жизни будущего святителя. Вместе с матерью юный отрок совершал паломнические поездки, особенно часто посещая обитель преподобного Сергия. «Привезенный своей родительницей в святую Лавру Сергиеву, когда мне исполнилось восемь лет, я впервые исповедовался и причащался Святых Тайн в Зосимо-Савватиевской церкви Лавры», – вспоминал впоследствии, при наречении во епископа, будущий Патриарх[1]. Свою монашескую жизнь он начинал также под покровом преподобного Сергия, в пустыни Святого Духа Параклита, когда в 17-летнем возрасте был пострижен[2] в мантию с наречением имени Пимен в честь подвижника Египетской пустыни преподобного Пимена Великого. Произошло это знаменательное событие 4 октября 1927 года, в день памяти святителя Димитрия Ростовского. Постриг совершил игумен Агафодор (Лазарев)[3]. Первые шаги на монашеском поприще отец Пимен делал под руководством архимандрита Кронида (Любимова) – последнего перед закрытием в советские годы наместника Троице-Сергиевой Лавры[4]. «В одном из самых уединенных скитов Лавры, – вспоминал Святейший Патриарх, – в пустыни Святого Духа Параклита, состоялось мое пострижение в монашество, и там проходили первые шаги моего монашеского искуса, “вся вменяющего во уметы, да Христа приобрящу”. Здесь же я насыщался от сладостной трапезы бесед и наставлений, исполненных глубокой мудрости, огромного опыта и духовной настроенности, всегда любвеобильного и благостного приснопамятного наместника Лавры архимандрита Кронида, много добрых семян посеявшего в мою душу…»[5].
В Лавре отцу Пимену прошлось пробыть недолго. Последовали новые назначения, послушания, срочная служба в рядах Красной армии уже в сане иеромонаха, затем арест, ссылка, трудные годы Великой Отечественной войны, где отец Пимен был тяжело ранен, затем снова арест и ссылка… Только Бог знает, какими испытаниями был закален будущий Первосвятитель перед вступлением на Патриарший престол.
С любимой Лаврой архимандрит Пимен воссоединился в январе 1954 года, когда он был назначен наместником Сергиевой обители. Здесь на его плечи легло бремя восстановления монастыря после тридцатилетнего разорения. Лавра тогда только начала возрождаться: были приведены в порядок некоторые лаврские и академические строения, патриаршие покои. Требовалось еще многое сделать, и новый наместник с усердием взялся за восстановление обители. Его усилиями были осуществлены большие реставрационные и строительные работы. В Трапезном храме устроили два придела – во имя святителя Иоасафа Белгородского и преподобного Серафима Саровского. Удивителен тот факт, что мощи этих святых хранились в архивах Музея религии и атеизма в Казанском соборе Ленинграда. Чудом уцелевшие, они были вместе обретены в самом начале 1990-х годов и возвращены Церкви. Таким образом, устроение в Лавре двух приделов в одном храме явилось предзнаменованием грядущего обретения мощей святых подвижников.
В годы наместничества архимандрита Пимена были отреставрированы Смоленская и Михеевская церкви, позолочены купола над пристроенным к Троицкому собору храмом преподобного Никона, благоустроены дорожки, скверы, клумбы, оборудована гостиница для паломников. Храм в честь Всех Святых в крипте Успенского собора выложили внутри мрамором и там, как и в большинстве лаврских помещений, было проведено паровое отопление. Жилые корпуса вдоль стен Лавры покрасили в темно-розовый цвет с белыми обрамлениями, гармонично дополнив тем самым общий архитектурный ансамбль. Большие восстановительные работы предусматривали реставрацию икон и обновление росписей. Группа художников-иконописцев (И. Ватагина, Е. Чуракова, Е. Утюнков, И. Чураков) под руководством монахини Иулиании (Марии Николаевны Соколовой) писали иконы для Троицкого собора и Никоновского придела, для приделов Трапезного храма, для иконостаса храма во имя святого Иоанна Предтечи, реставрировали росписи Троицкого собора, Трапезного, Михеевского и Смоленского храмов, Духовской церкви, паперть Успенского собора, расписывали Покровский академический храм и лаврскую праздничную братскую трапезную. Была восстановлена иконопись на Святых и Успенских вратах. Екатерина Сергеевна Чуракова вспоминала: «Архимандрит Пимен приходил к нам очень часто, подбадривал, рассказывал нам что-нибудь. Он заботился о том, что мы кушаем, и вообще был очень внимательным»[6].
Трудами наместника отца Пимена в Лавре были оборудованы мастерские, имелись свои врачи, физиотерапевтический, зубоврачебный и зубопротезный кабинеты.
С первых дней своего наместничества архимандрит Пимен принимал активное участие во всех общецерковных торжествах и мероприятиях. Так, на Пасху 1954 года он от лица насельников и прихожан Лавры приветствовал Святейшего Патриарха Алексия со Светлым Христовым Воскресением: «Ваше Святейшество, Святейший Первосвятитель и Благостнейший Отец наш! От лица иноков вверенной мне Вашим Святейшеством Свято-Троицкой Лавры разрешите принести Вам сыновнее поздравление с праздником Святой Пасхи. В отношении праздника Пасхи одно из церковных песнопений говорит так: “Воскресения день и просветимся торжеством…” – и я счастлив заверить Ваше Святейшество, что в стенах Троице-Сергиевой Лавры, при огромном стечении молящихся в праздник Святой Пасхи, каждый из ее насельников и воспитанников воистину просветился пасхальным торжеством…»[7]
В Лавру со всех уголков нашей страны тянулись многочисленные паломники. Частыми гостями стали приезжающие из-за границы. Так, в 1954 году из Парижа в Москву прибыл митрополит Серафим (Лукьянов), возвратившийся на родину после 37-летнего пребывания за рубежом. Посетив Троице-Сергиеву обитель, он оставил запись в книге посетителей: «С искренней Христовой любовью я живу в Лавре и чувствую себя, как в раю, и молюсь Святой Троице и преподобному Сергию, и приношу мою сердечную благодарность Святейшему Патриарху Алексию и наместнику Лавры отцу архимандриту Пимену и пою им многая лета. Смиренный митрополит Серафим. 27/14 мая 1954 года, Троице-Сергиева Лавра».
Будучи наместником, архимандрит Пимен много и увлеченно проповедовал, а также с большим вниманием и строгостью относился к соблюдению в обители монастырского и богослужебного устава. «Жизнь иноков в Лавре строго регламентирована Уставом… Уставное богослужение, совершаемое с большим благоговением, прекрасное чтение иноков, двуклиросное пение – все это оставляет неизгладимое впечатление в душе богомольца», – делился своими впечатлениями лаврский паломник иеромонах Леонид[8].
При архимандрите Пимене между Троице-Сергиевой Лаврой и Московской духовной академией сложились теплые взаимоотношения. Святейший Патриарх Пимен вспоминал, что преподаватели и учащиеся духовных школ «пользовались каждым лаврским храмом как академическим, пели в этих храмах и присутствовали за богослужениями. Каждый воскресный и праздничный день я проповедовал. И всегда я это делал с большим волнением и смотрел на это как на экзамен, потому что мне приходилось проповедовать в присутствии профессоров и преподавателей наших Академии и семинарии»[9].
Понимая, что Академии крайне необходим свой храм, архимандрит Пимен вместе с ректором протоиереем Константином Ружицким добился возвращения Покровского храма. В октябре 1954 года был составлен акт о передаче здания бывшей академической церкви[10] Московским духовным школам. Для его восстановления было образовано два комитета: один – по устройству храма, а другой – по строительству. Первый комитет возглавил архимандрит Пимен. 21 января 1955 года в храмовом здании им был совершен молебен, на котором присутствовали преподаватели, учащиеся, члены строительного комитета и рабочие. 21 мая 1955 года, в день памяти святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова, архимандрит Пимен у южных дверей Троицкого собора передал протоиерею Константину Ружицкому в особом ларце частицу мощей святого апостола, первомученика и архидиакона Стефана для закладки в основание престола вновь освящаемого храма. После этого крестный ход во главе с архимандритом Пименом, несшим образ преподобного Сергия, направился к академической церкви. Святейший Патриарх Алексий I принял святые мощи и совершил чин освящения Покровского храма в сослужении архимандрита Пимена, протоиерея Константина Ружицкого и других клириков.
Все четыре года наместничества отец Пимен принимал активное участие в жизни Академии, присутствовал на защите магистерских диссертаций, иногда просто приходил пообщаться со студентами, которых он также приобщил к лаврскому клиросному пению в воскресные и праздничные дни. А на время летних отпусков, заботясь о благолепии монастырских служб и не имея еще собственного полноценного хора, он ввел пение московских хоров, которые по воскресеньям и праздничным дням пели по очереди поздние литургии.
В последующие после наместничества годы Патриарх Пимен неоднократно посещал Московскую духовную академию, совершал богослужения в Покровском храме, посещал занятия и экзамены. 5 июня 1971 года Академия решением Ученого Совета присвоила Святейшему Патриарху Пимену ученую степень доктора богословия honoris causa. Вручение докторского креста и диплома состоялось в Патриарших покоях Троице-Сергиевой Лавры в присутствии членов Священного Синода, профессоров и преподавателей. Ректор Академии епископ Дмитровский Филарет (Вахромеев), обращаясь к Патриарху, сказал: «Эта высшая ученая степень является свидетельством, что Вы, Ваше Святейшество, стали учителем, наставником и Первосвятителем Русской Православной Церкви».
12 апреля 1954 года наместник Лавры архимандрит Пимен в награду за труды был удостоен Святейшим Патриархом Алексием I права ношения двух крестов с украшениями. Летом того же года по случаю празднования 600-летия основания обители Святейший издал указ, в котором говорилось: «Во внимание к усердным трудам по послушаниям в Троице-Сергиевой Лавре, ко дню празднования 600-летия существования обители преподобного Сергия, нахожу справедливым удостоить награждения наместника Лавры архимандрита Пимена – правом употребления при богослужениях архимандричьего посоха… Архимандритам Лавры предоставить право при служении литургии в храмах Лавры – иметь отверстые царские врата до Херувимской песни. Алексий, Патриарх Московский и всея Руси. 5 июля 1954 года»[11]. Эту редкую награду наместник, управлявший обителью от имени Святейшего Патриарха четыре года, оправдал понесенными трудами и неустанным попечением о вверенном ему монастыре Пресвятой Троицы. Святейший Патриарх Пимен называл эти четыре года «особенно ответственным периодом» в своей жизни: «За этот прекрасный и содержательный отрезок жизни много получено духовного утешения и неведомой для мира радости, радости, понятной только инокам»[12].
4 ноября 1954 года, в праздник Казанской иконы Божией Матери, решением Священного Синода Русской Православной Церкви под председательством Святейшего Патриарха Алексия I наместник Троице-Сергиевой Лавры архимандрит Пимен был назначен епископом Балтским, викарием Одесской епархии. Так началось святительское служение теперь уже владыки Пимена. Но связь с Лаврой не прерывалась и в годы несения архипастырского, а затем и первосвятительского подвига.
После кончины Святейшего Патриарха Алексия владыка Пимен, будучи уже митрополитом, как старший по хиротонии постоянный член Священного Синода вступил в должность Патриаршего Местоблюстителя и на этом посту больше года руководил Церковью. На Поместном Соборе Русской Православной Церкви, проходившем в Троице-Сергиевой Лавре с 30 мая по 2 июня 1971 года, он был единодушно избран четырнадцатым Патриархом Московским и всея Руси. В преддверии избрания нового Предстоятеля Церкви митрополит Алексий (Ридигер) дал такую характеристику будущему Первосвятителю: «Митрополит Пимен пользуется всеобщим доверием за благочестие, любовь к богослужению. Ценно также, что он монах старой школы, в нем жива монашеская традиция, а таких сейчас очень мало»[13]. 3 июня 1971 года в Богоявленском патриаршем соборе в Москве за Божественной литургией состоялась торжественная интронизация Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Пимена.
8 октября 1989 года Патриарх Пимен последний раз в земной жизни посетил Троице-Сергиеву Лавру и преподал благословение народу с балкона патриарших покоев.
3 мая 1990 года Патриарх Московский и всея Руси Пимен мирно отошел ко Господу на девятнадцатом году своего первосвятительского служения. 6 мая, в праздник святого великомученика Георгия Победоносца, он был погребен в крипте Успенского собора столь дорогой его сердцу Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.
«Последний советский Патриарх» был великим молитвенником. Он жил как истинный христианский подвижник, действуя так, как если бы сей же час надлежало предстать пред Господом. Во всей его жизни нашли отражение сокровенные слова великого псалмопевца Давида: «Едино просих от Господа, то взыщу: еже жити ми в дому Господни вся дни живота моего, зрети ми красоту Господню, и посещати храм святый Его» (Пс 26, 4).
Иеромонах Пафнутий (Фокин)
3 мая 2022 год
По молитвам Преподобного…
Из воспоминаний Галины Владимировны Растворовой о Святейшем Патриархе Пимене
Галина Владимировна Растворова родилась 12 мая 1934 года и долгие годы жила в Сергиевом Посаде на Красюковке. Много лет проработала Заместителем главного врача Мытищинской городской клинической больницы. После продолжительной болезни преставилась 29 июля 2015 года, погребена на Мытищинском кладбище. Сам я с Галиной Владимировной познакомился в доме профессора Константина Ефимовича Скурата. Мне ее тогда представили как друга семьи, и особенно близкого друга Марии Константиновны – супруги Константина Ефимовича. Это было лет пятнадцать назад. Тогда за чашкой чая в Радонеже я впервые услышал об этом чуде у мощей преподобного Сергия по молитвам Патриарха Пимена. Вот ее рассказ.
«Было мне сказано, чтобы я никому об этом не говорила до тех пор, пока мама жива. Вот я никому и не говорила. А дело было так.
Моя мама тогда была еще молодая, ей было лет сорок шесть. У нее заболела нога, и она вынуждена была лежать. А работа у нее была такая, что без нее не могли обойтись, и начальник, директор трикотажной̆ фабрики[14], где она была главным бухгалтером, говорил: “Мне не нужны юристы, потому что Антонина Касьяновна одна за всех все решит”.
Когда отец Пимен узнал, что мама болеет, он предложил мне остаться после елеопомазания в Трапезном храме и поговорить. Расспросив подробности, он порекомендовал обратиться к Надежде Петровне Вавиловой – известному в Москве хирургу и гомеопату. Выделил для поездки машину.
Надежда Петровна, осмотрев маму, направила ее на рентген. Однако результаты сразу маме не отдали, велев приехать близким родственникам. Когда я приехала, врач мне сказал: “Вы знаете, у вашей мамы рак, саркома, нужно срочно предпринимать какие-то меры, используйте все возможности, потому что такие опухоли очень быстро распространяются”. Я взяла заключение и поехала в медицинский институт, где обучалась. Иду по коридору, плачу, а навстречу мне идет профессор Евдокимов Александр Иванович. Он ко мне очень хорошо относился – я посещала его хирургический кружок и неоднократно с ним оперировала. Расспросив о причине моих слез, он немедленно позвонил в институт радиологии и рентгенологии профессору Устиновой и попросил помочь дообследовать маму и устроить ее в лучшую клинику. Владыка Пимен снова выделил машину, и маму повезли в больницу. Диагноз был неутешительным: кость настолько изъедена опухолью, что может сломаться в любой момент. Ногу необходимо было ампутировать. Однако было решено еще подождать пару недель.
В Лавре владыка Пимен с нетерпением ждал моего возвращения и новостей – он даже отправил своего келейника встречать меня за воротами. Узнав о тяжелом диагнозе, он стал меня утешать и велел подойти на следующий день – пообещал отслужить молебен у открытых мощей преподобного Сергия, поставив масло прямо на мощи, и я должна была это масло забрать, чтобы мама смазывала им больную ногу и добавляла по капельке каждое утро в чай или молоко. Мы так и поступили, и маме стало значительно лучше. Постепенно боли ушли. Когда мы приехали в больницу через месяц на очередное обследование, снимки показали, что опухоль исчезла, и кость абсолютно чистая. Врачи не могли поверить произошедшему, расспрашивали, кто поставил первоначально диагноз, и были крайне удивлены, потому что в профессионализме доктора Вавиловой ни у кого не было сомнений. После этого мама прожила еще много лет и умерла совсем от других болезней. Всю свою жизнь я скрывала эту историю, а теперь, когда уже ни владыки Пимена, ни моей мамы нет с нами, я могу рассказать об этом. Был такой случай, и никуда от него не денешься».
Записал иеродиакон Пафнутий (Фокин)
в апреле 2014 года
[1] Мысли Русских Патриархов от начала до наших дней. М.: Сретенский монастырь, 1999. С. 382.
[2] По распоряжению управляющего Московской епархии архиепископа Звенигородского Филиппа (Гумилевского).
[3] Схиигумен Стефан (Лазарев), в монашестве отец Агафодор, с 1916 г. до закрытия пустыни в 1928 г. был духовником братии пустыни. 11 февраля 1930 г. был арестован в селе Подолец Юрьев-Польского р-на и приговорен к трем годам лишения свободы. В 1955 г. отец Агафодор обратился к Патриарху Алексию I с просьбой о принятии его в число братии Троице-Сергиевой Лавры. В Лавре отец Агафодор был назначен помощником старшего духовника лаврской братии. В 1960 г. был пострижен в великую схиму с именем Стефан. Скончался 17 апреля 1963 г., в среду Светлой седмицы.
[4] Преподобномученик Кронид (Любимов) – наместник Троице-Сергиевой Лавры с 9 января 1915 г. Отец Кронид был не только талантливым хозяйственником, но опытным духовным наставником своей паствы и прежде всего братии Лавры. За помощью и советом к нему обращались многие выдающиеся его современники. Осенью 1918 г. началась конфискация имущества, принадлежавшего обители, архимандрит Кронид для властей стал лишь старостой Лавры, а в 1920—1926 гг. – старостой охраны Лавры после ее закрытия. 21 ноября 1937 г. архимандрит Кронид был арестован и обвинен в контрреволюционной деятельности, создании монархической группировки и сохранении нелегального монастыря. Расстрелян 10 декабря 1937 г. на Бутовском полигоне НКВД. В августе 2000 года причислен к лику святых Архиерейским Собором Русской Православной Церкви.
[5] Пимен, Патриарх Московский и всея Руси. Слова, речи, послания, обращения. М.: Московская Патриархия, 1977. С. 52.
[6] Алдошина Н. Е. Благословенный труд. М.: МДА, 2001. С. 29.
[7] Фирсов С. Л. Апостасия. Санкт-Петербург: Сатисъ, 2004. С. 16.
[8] Леонид, иеромон. Впечатления паломника // Журнал Московской Патриархии. 1957, № 2. С. 13–14.
[9] Пимен, Патриарх Московский и всея Руси. Слова, речи, послания, обращения. М.: Московская Патриархия, 1977. С. 362.
[10] В то время в административном корпусе Академии располагался Загорский Дом культуры.
[11] Указ Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия // Журнал Московской Патриархии. 1954, № 8. С. 7.
[12] Наречение и хиротония архимандрита Пимена (Извекова) // Журнал Московской Патриархии. 1957, № 12. С. 19.
[13] Василий (Кривошеин), архиеп. Воспоминания: Письма. Н. Новгород: Изд-во Братства во имя св. князя Александра Невского, 1998. С. 359.
[14] Со слов Галины Владимировны, трикотажная фабрика находилась в Загорске на проспекте Красной Армии на том месте, где сейчас находится здание Администрации города.
Related posts
